Уровень активации и степень латерализации функций.

Уровень активации и степень латерализации функций.

И все, что найдено во тьме наощупь —

Грудь женщины и тон случайной фразы,

И слово, приходящее так сразу —

Все кажется вещественней и проще.

И то, что мы от мрака отделим

Прикосновеньем пальца или мысли,

Уже к себе как будто бы причислим

И одиночество разделим с ним.

Как странно, от кошмара пробудясь,

Вернувшись в мир вещей обыкновенный,

Почувствовать с невидимой Вселенной

Свою непрерываемую связь.Уровень активации и степень латерализации функций.

Предположение о компенсаторном характере дополнительной церебральной активации наиболее полно обосновано в работах В. Н. Янсона с соавторами.

Авторы показали, что испытуемые со слабо выраженной латерализацией речевой функции*, для которых характерны относительно низкие показатели невербальных способностей, при решении различных задач (буквенные анаграммы, задачи из теста Равена) используют преимущественно левополушарные механизмы переработки информации.

У субъектов с доминированием левого полушария образные инструкции значимо увеличивают воспроизведение вербального материала, а дополнительная и не связанная с текстом невербальная информация интерферирует с запоминанием абстрактного материала. У лиц же со слабо выраженной латерализацией этот факт отсутствует, хотя они в целом лучше запоминают конкретный материал, поддающийся организации в обеих системах обработки, чем абстрактный. Недостаточная латерализация функций связана с менее выраженной функциональной специализацией полушарий, а конвергенция различных функций на одну и ту же церебральную систему приводит к тому, что каждая из взаимно конвергирующих функций оказывается относительно ослабленной. Поэтому испытуемые с выраженной латерализацией речевой деятельности не только достаточно легко используют “левополушарные” компоненты мышления при решении соответствующих этим компонентам задач, но и активно включают “правополушарные” механизмы в тех случаях, когда задачи этого требуют.

Так, эти испытуемые имеют преимущества при решении задач из теста Равена и при решении буквенных анаграмм, составленных не на основе определенного стереотипа, а случайным образом.

В то же время решение таких задач испытуемыми со слабой латерализацией речевой деятельности не только менее успешно, но и сопровождается физиологической активацией — повышением активности артикуляторных мышц, более высокой частотой пульса, повышенной электрокожной активностью, большей амплитудой электромиограммы мышц конечностей. Наиболее важным проявлением этой физиологической активации является уменьшение мощности альфа-ритма в левой височной области при решении вербальных задач. Физиологическая активация рассматривается авторами как проявление мобилизации механизмов саморегуляции мозга, как дополнительные способы компенсаторного повышения активности левополушарных механизмов.

Так, увеличение проприоцептивной импульсации от артикуляторных мышц направлено на повышение уровня активности речевых центров.

Проговаривание информации “про себя” способствует ее кодированию в вербальной форме. Дополнительная активация левого полушария необходима для дискурсивного решения многих альтернатив в проблемной ситуации, а в процессе самого речеобразования — для выбора единственного способа выражения из многих возможных. Но те же испытуемые со слабо выраженной латерализацией речевой функции обнаруживают преимущество при решении задач с четко заданным алгоритмом. Можно предполагать, что это обусловлено усилением тонической левополушарной активации, которая носит гиперкомпенсаторный характер.

Это гиперкомпенсация сниженных вследствие слабой латерализации функциональных возможностей логико-вербальных компонентов мышления. Однако обращает на себя внимание отсутствие соответствующей гиперкомпенсаторной активации правого полушария у тех же испытуемых, несмотря на то, что образные компоненты мышления у них исходно столь же дефектны, и снижены невербальные способности. Более того, при решении задач, которые по своей природе предполагают использование “правополушарных” компонентов мышления, эти испытуемые реагируют тем не менее дополнительной активацией преимущественно левого, а не правого (или, во всяком случае, не только правого) полушария, хотя стратегия решения задачи остается при этом недостаточно эффективной. Причина, на наш взгляд, заключается в том, что образные компоненты мышления, как уже упоминалось, по самой своей природе не требуют дополнительной церебральной активации, и в случае их дефектности такая активация не в состоянии обеспечить компенсаторного усиления функций на должном уровне.

Поэтому лицам с функциональной недостаточностью образных компонентов мышления, со снеженной способностью к организации многозначного контекста во всех случаях приходится прибегать к единственно доступной им стратегии решения задач: гиперкомпенсаторной мобилизации логико-знаковых компонентов мышления, что сопряжено с дополнительной церебральной активацией, особенно левого полушария. У испытуемых же с выраженной латерализацией механизма речи при решении невербальных задач, требующих однозначного решения (матрицы Равена), обнаруживается уменьшение мощности альфа-ритма в теменных областях и левого, и правого полушария, так же как и при решении вербальных задач.

В пользу представлений о необходимости дополнительной церебральной активации для компенсации сниженных функциональных возможностей левого полушария свидетельствует и меньшая мощность альфа-ритма у плохо читающих учеников по сравнению с хорошо читающими при закрытых глазах.

Высказана, правда, и противоположная точка зрения на основе оценки времени реакции при предъявлении психологических тестов сделан вывод, что хорошо читающие равномерно распределены между “активирующими” левую и правую гемисферу, а у большинства плохо читающих активируется только правое полушарие. Нельзя исключить, что противоречие может быть обусловлено различием в возрасте между группами обследованных: на разных этапах онтогенеза правое и левое полушария играют разную роль в овладении чтением. На начальных этапах обучения чтению в раннем возрасте решающую роль играет правое полушарие, а функциональные возможности левого полушария еще развиты недостаточно. Можно предполагать, что переходный этап к доминированию левого полушария характеризуется активацией обеих гемисфер, а замедление этого перехода и сохранение “правополушарного” уровня отражает задержку развития.

Кроме того, необходимо учитывать, что оценка степени активации полушарий по физиологическим показателям не совпадает с оценкой степени активации по скорости выполнения функциональных задач.

Проблема успешности обучения вообще тесно связана с проблемой неполной или замедленной в своем развитии латерализации функций. Но когда речь идет об обучении, обязателен дополнительный вопрос: обучении чему? В нескольких исследованиях установлено, что в младшем школьном возрасте отставание в овладении обычной учебной программой высоко коррелирует с леворукостью или амбидекстрией (способность одинаково хорошо владеть правой и левой рукой, — прим. ред.) в процессе выполнения тонких моторных актов, регулируемых зрением, а сама амбидекстрия во многих случаях является проявлением неполной латерализации функций. Обучение особенно страдает, когда билатеральное распределение функций сопровождается недостаточной интеграцией отдельных сенсорных и моторных систем. Связь между слабой латерализацией функций и пониженной способностью к обучению хорошо согласуется с вышеизложенным: при недостаточной латерализации функций необходимы дополнительные психофизиологические “затраты” в виде активации неокортекса и особенно левого полушария.

Только с помощью таких дополнительных затрат удается (и то не в полной мере) компенсировать функциональную недостаточность левополушарных компонентов мышления, которые берут на себя основную нагрузку в условиях типичного для нашей цивилизации вербально ориентированного обучения. В этой связи большой интерес представляют данные о том, что отстающие в учебе школьники в возрасте 9-11 лет с амбидекстрией или леворукостью хуже справляются не только с собственно вербальными задачами, но и с матрицами Равена, содержащими невербальную информацию. Авторы делают из этого вывод о снижении в данном случае как вербального, так и невербального интеллекта.

Последний страдает даже в большей степени — по способностям к усвоению вербальной информации эти дети несколько превосходят своих праворуких сверстников, также испытывающих трудности в себе, тогда как выполнение матриц Равена дается им существенно хуже. Интерпретация этих фактов может быть двоякой. С одной стороны, как было показано выше, дополнительная активация левого полушария у лиц с нерезко выраженной латерализацией функций, может отчасти компенсировать недостаточность вербального мышления, тогда как аналогичная компенсация правополушарной недостаточности невозможна. С другой стороны, не следует упускать из виду, что решение задач по типу матриц Равена требует установления между отдельными фигурами строго однозначных связей, то есть организация образной по формальным критериям информации подчиняется законам логико-знакового мышления.

По-видимому, выполнение теста Равена требует взаимодействия обоих компонентов мышления. Учет этого обстоятельства может помочь преодолеть противоречие между цитированной выше работой и другим исследованием, проведенном также на школьниках в возрасте 7-11 лет. Автор, преподаватель живописи и ваяния в младших классах школы, обнаружил важную закономерность: потенциальные творческие художественные возможности (в изобразительном, поэтическом и вокальном жанре) максимально выражены у детей с явной и скрытой леворукостью.

Внутренняя жизнь этих детей богаче, чем у сверстников, и наполнена зрительными и звучащими образами. Однако эти возможности нуждаются в особых, стимулирующих условиях для их выявления, в создании поощряющего психологического климата, потому что у детей этого возраста, по-видимому, со времен детского сада вырабатывается коллективная агрессия по отношению к любому нестандартному способу самовыражения, который прежде всего проявляется в творчестве. Однако оказалось достаточно на протяжении всего лишь нескольких часов в неделю поощрять творческое самовыражение и подавлять тенденции к его агрессивному подавлению, как агрессия сменялась заинтересованностью, и творческие возможности проявились ярко и разносторонне, причем особенно при левшестве или амбидекстрии.

Возраст этих детей не отличается от возраста обследованных в цитированной выше работе, у которых обнаружено отставание в учебе, особенно при рассогласовании между выраженностью латерализации функций “по руке” и “по глазу”. Кроме того, как мы уже писали, у взрослых с недостаточной латерализацией речевой функции имеются признаки функциональной дефектности обоих компонентов мышления, но слабость логико-вербальных компонентов преодолевается гиперкомпенсаторно за счет избыточной активации левого полушария, тогда как механизмы образного мышления в процессе решения задач действительно почти не используются. Мы полагаем, что противоречие это может быть разрешено следующим образом.

Дети с недостаточно выраженной латерализацией (что коррелирует, хотя и не в 100% случаев, с выраженностью леворукости и амбидекстрии) характеризуются относительно меньшими по абсолютной выраженности потенциальными возможностями развития обеих стратегий мышления. В этом проявляется общий биологический закон — чем меньше дифференциация функций, их специализированное распределение по различным системам, тем меньше сами функциональные возможности. Так, именно максимальная выраженность функциональной асимметрии способствует лучшему овладению профессиональной операторской деятельностью, в меньшей степени предрасполагает к авариям и функциональным заболеваниям ЦНС. Но поскольку вербальная цивилизация благодаря своим особенностям с самых ранних лет и в условиях семьи, и особенно в условиях детских учреждений стимулирует только один компонент мышления — логико-знаковый, то его уменьшенные функциональные возможности обусловливают замедленное становление его доминирующей роли, сопровождающееся гораздо большими дополнительными затратами. Поэтому на определенном этапе онтогенеза остается относительно больший шанс для полного развития образного компонента мышления, столь необходимого человеку.

Это тем более вероятно, что на ранних этапах онтогенеза исходное преимущество на стороне правого полушария, а с возрастом это преобладание правого полушария исчезает, и более того — наступает ослабление функциональных возможностей образного компонента мышления. Не обусловлено ли это влиянием обучения и цивилизации в целом? Так или иначе, в дошкольном и раннем школьном возрасте правополушарные возможности выше, и отсутствие ранней специализации гемисфер оказывается полезным даже для такой функции, как овладение чтением. У детей с отсроченной специализацией функций добиться полного до минирования логико-знакового компонента труднее, чем У праворуких с рано окончившейся специализацией полушарий, это требует больших усилий от педагогов и от них самих, и в результате на более поздних этапах онтогенеза возникает неожиданный на первый взгляд, но диалектически оправданный эффект: “правополушарные”, образные компоненты мышления оказываются окончательно подавленными.

Вырабатывается стереотип постоянного “подхлестывания” именно способности к организации однозначного контекста, и тогда преимущества в способности к организации многозначного контекста переходят к праворуким, к лицам с хорошо и рано выработанной дифференциацией функций, которым доминирование логико-знакового мышления не стоило такого труда.

Данные о больших невербальных затруднениях у детей с недостаточной латерализацией функций свидетельствуют именно о том, что функция образной подсистемы у них ослаблена и менее подвержена стимулирующим влияниям нашей цивилизации. Достаточно сделать это давление цивилизации менее жестким, как на уроках у Ю. Грибова, чтобы относительное отставание образных компонентов мышления стало менее выраженным, и слабые ростки его возможностей укрепились. Но из этого следует и более далеко идущий вывод, который сделал Ю. Грибов: своевременное и целенаправленное развитие образных компонентов мышления, уравновешивающее влияние цивилизации, должно дать благоприятный эффект в виде гармонического развития всех способностей и у праворуких, составляющих абсолютное большинство населения.

автор – Вадим Семенович Ротенберг “Сновидения, гипноз и деятельность мозга”.

<

p>

Читайте далее:
Загрузка ...
Обучение психологов